Уставная коллизия

14 июня 2017, 08:12 | Открытая тема | 1 |   | Код для блога |  | 

Илья Бей

Как оформлены административно-канонические отношения между УПЦ и РПЦ

В связи с большим резонансом «церковных законопроектов» № 4511 и № 4128 и последовавшим заявлением Священного Синода УПЦ (Московского Патриархата) с призывом "«Не надо называть нас «Московской Церковью»", вновь актуализировалась дискуссия о границах зависимости УПЦ от РПЦ.

В частности, возобновились разнотолки по поводу пункта 18 главы XI Устава Русской Православной Церкви.

В этом пункте сказано: «Украинская Православная Церковь является самоуправляемой с правами широкой автономии. В своей жизни и деятельности она руководствуется Томосом Патриарха Московского и всея Руси 1990 года и Уставом Украинской Православной Церкви, который утверждается её Предстоятелем и одобряется Патриархом Московским и всея Руси».

На чем стоит УПЦ?

Рассмотрим подробнее, что именно там говорится.

Согласно приведенному пункту, основными документами, регулирующими положение и права УПЦ в составе РПЦ, являются:

– Устав РПЦ (в котором, собственно, все это и прописано);

Благословенная Грамота (Томос) Патриарха Московского и всея Руси Алексия ІІ Митрополиту Киевскому и всея Украины Филарету (Денисенко), провозглашенная в Софийском соборе Киева 28 октября 1990 года;

Определение Архиерейского Собора Русской Православной Церкви 25 - 27 октября 1990 года об Украинской Православной Церкви;

– Устав УПЦ,

причем именно в приведенном порядке.

Сразу отмечу, что с точки зрения перечня документов положение УПЦ не уникально. И автономные, и самостоятельные церкви в рамках РПЦ получают как томосы, так и собственные уставы.

Томос регулирует крайне мало. В нем говорится следующее: «благословляем через настоящую Грамоту нашу силою Всесвятого и Животворящего Духа быть отныне Православной Украинской Церкви независимой и самостоятельной в своем управлении, а Вам, единогласно избранному 9 июля 1990 года епископатом Украинской Православной Церкви, – ее Предстоятелем. Мы уповаем, что Украинская Православная Церковь будет управляться согласно Божественным и священным канонам и унаследованным от святых отцов обычаям Кафолической Православной Церкви и определениями сего Архиерейского Собора».

Как видно, Томос имеет две функции:

1) задекларировать особый статус УПЦ;

2) указать, что управление УПЦ осуществляется согласно определениям Архиерейского Собора. Это следует читать так: судьба УПЦ передается в руки не Поместного собора, а всего лишь Архиерейского собора РПЦ, и что оный Собор имеет право не только дать, но и забрать «широкую автономию».

Собор 1990 г. принял более объемный документ – Определение. Его первый пункт гласит: «Украинской Православной Церкви предоставляется независимость и самостоятельность в ее управлении».

Казалось бы, что этот пункт является исчерпывающим, поскольку независимость и самостоятельность в управлении и есть автокефалия. Но не тут-то было.

Оказывается, независимость и самостоятельность бывают ограниченными. И составителей Определения нисколько не смущал вырисовывающийся оксюморон.

Поэтому они продолжают:

«3. Предстоятель Украинской Православной Церкви избирается украинским епископатом и благословляется Святейшим Патриархом Московским и всея Руси».

Первое ограничение «независимости». И связано оно с размытостью понятия «благословляется». А что делать, если Патриарх не благословит?

«8. Митрополит Киевский и всея Украины, как Предстоятель Украинской Православной Церкви, является постоянным членом Священного Синода Русской Православной Церкви».

Напрашивается вопрос, подчиняется ли Предстоятель Украинской Православной Церкви решениям Священного Синода Русской Православной Церкви, если он сам является членом этого Синода? А подчиняются ли архиереи тому, кому подчиняется их Предстоятель?

«9. Настоящее Определение Архиерейского Собора Русской Православной Церкви подлежит утверждению Поместным Собором Русской Православной Церкви с внесением соответствующих изменений в Устав об управлении Русской Православной Церкви».

А это представляет самую суть. Соответствующий Поместный Собор был проведен только в 2000 г., а до этого Определение запросто могло быть отозвано другим Архиерейским Собором. Именно таким сценарием угрожали архиереи РПЦ в апреле 1992 г. митрополиту Филарету (Денисенко), тогдашнему предстоятелю УПЦ: «Мы вам права дали – мы у вас их и заберем». После 2000 г. права УПЦ так же остались в полуподвешенном состоянии – по причине передачи полномочий изменять Устав РПЦ от Поместного Собора к Архиерейскому.

Устаревшая оговорка

Некто мог бы мне возразить, сославшись на п. 4 Определения Юбилейного Архиерейского Собора об Украинской Православной Церкви от 2000 г.: «Считать пункты 4, 8 и 9 главы VIII Устава Русской Православной Церкви, принятого на настоящем Соборе, не относящимися к Украинской Православной Церкви. В вопросах, предусмотренных данными пунктами, руководствоваться нормами Патриаршего Томоса 1990 года». Осмелюсь напомнить, что в действующей редакции Устава РПЦ (2016 г.) пункты, регулирующие положение УПЦ «переехали» в гл. XI, а потому они снова в силе.

Однако разбор перипетий принятия и утверждения Устава УПЦ может занять не одну страницу, поэтому мы пойдем другим путем и обратимся к отцу логики Аристотелю.

Отец логики

В гл. 12 «Категорий» Стагирит вводит понятия «предшествующее и последующее», которые позже были расписаны его последователями. Попытаемся воспользоваться предлагаемым Аристотелем понятийным аппаратом и здесь.

С точки зрения хронологической Устав УПЦ (принятый в 1990 г.) предшествует Уставу РПЦ (принятому в 2000 г.). Однако который из уставов порождает, вводит в действие и имеет силу упразднить второй? Очевидно, Устав РПЦ, которая считает себя «церковью-матерью» по отношению к УПЦ. Естественно, за тем из уставов, который может отменить второй, признается и первенство во всем, что касается силы. А Устав УПЦ находится в подчиненном, зависимом положении от Устава РПЦ. Детали приходится разжевывать столь подробно, поскольку оказалось, что для многих они неочевидны.

Приведу еще одно сравнение. Устав РПЦ и Устав УПЦ находятся в тех же отношениях, что и Конституция и любой из законов: первое является логически предшествующим второму. И как любой из законов действителен постольку, поскольку не противоречит Конституции, Устав УПЦ действителен там, где не противоречит Уставу РПЦ.

Место УПЦ среди прочих частей РПЦ

Во время дискуссии в Фейсбуке глава Юридического отдела УПЦ протоиерей Александр Бахов в мой адрес возразил: «Но, почему-то проигнорировав отсылочную норму на устав УПЦ, он не смог увидеть разницу между уставом УПЦ, а также нормами устава РПЦ которые регулируют деятельность Автономных и Самоуправляемый Церквей, к которым, как мы видим, УПЦ не относится!»

Слова о. Александра Бахова плохо соотносятся с вышеприведенным положением Устава РПЦ, в котором УПЦ прямо, буквально и непосредственно названа «самоуправляемой». Протоиерей настаивает на довеске «с правами широкой автономии», однако снова обратимся к такому инструменту юриспруденции и канонического права как логика.

Главы Устава РПЦ имеют названия:

Глава X. Автономные Церкви

Глава XI. Самоуправляемые Церкви

Глава XII. Экзархаты

Глава XIII. Митрополичьи округа

Глава XIV. Митрополии

Глава XV. Епархии

Глава XVI. Приходы

Т. е. уже по факту описания положения УПЦ в гл. XI понятно ее место среди церковный административно-территориальных единиц вне зависимости от наличия/отсутствия всяческих дополнений, которые в данном случае не признаются существенными.

Обратимся также к Уставу УПЦ, где не упоминается широкая автономия (как и слово «автономия» и его производные вообще). Гл. I п. 1: «Українська Православна Церква є самостійною і незалежною у своєму управлінні та устрої». Гл. I п. 5: «Українська Православна Церква об’єднує єпархії, синодальні установи, благочиння, парафії, монастирі, духовні навчальні заклади, братства, сестринства та місії і є самокерованою частиною Руської Православної Церкви».

Отсюда следуют выводы:

1) УПЦ не является автономной Церковью;

2) УПЦ как самостоятельная Церковь по Уставу РПЦ находится на одном уровне с Латвийской, Молдавской, Эстонской и Русской Православной Церковью Заграницей (РПЦЗ), хотя в отношении УПЦ и сделана оговорка.

Как показало обсуждение в социальных сетях, мои оппоненты не замечают слова «самостоятельная», а акцентируют внимание на оговорке. Попытаюсь объяснить это здесь следующим образом.

Возьмем две группы: 1) женщины, 2) мужчины. Теперь предположим, что предметом нашего рассмотрения является трехрукий мужчина. Так к какой из двух групп мы его отнесем? То же самое и с УПЦ. Несмотря на довесок о «широкой автономии», она отнесена к группе «самостоятельных» церквей, у которых, согласно Уставу РПЦ, меньше прав, чем у «автономных». Поэтому статус УПЦ ниже, чем у автономных Японской и Китайской Православных Церквей.

Однако глава Юридического отдела УПЦ протоиерей Александр Бахов в дискуссии со мной настаивал: «Да какая разница, какое расположение в главах. Главное что написано! Исходя из положения глав Вы просто предаётесь интерпретации не обращая внимание на то что написано по сути!».

После этого я предложил направить дискуссию в новое русло и задал следующий вопрос. Наш диалог выглядел следующим образом:

 170613_2.jpg

Как видно, глава Юридического отдела УПЦ не дал мне четкого ответа на совершенно прямой и однозначный вопрос.

Поэтому обратимся к Уставу РПЦ. Вполне ожидаемо мы найдем в гл. I п. 4 следующее: «Русская Православная Церковь, при уважении и соблюдении существующих в каждом государстве законов, осуществляет свою деятельность на основе… настоящего Устава». В «каждом государстве» – следовательно, и в Украине. Повторим еще раз для закрепления: РПЦ на территории каждого государства действует согласно Уставу РПЦ.

Этот пункт подтверждает «предшественность» устава РПЦ всем прочим Уставам составных частей РПЦ, в том числе УПЦ.

И теперь, собственно, мы дошли до заявленной коллизии. С одной стороны у УПЦ есть собственный Устав, с другой – на УПЦ распространяется и действие Устава РПЦ. Однако в каком именно объеме жизнь УПЦ регулируется также и Уставом РПЦ.

«Широкая автономия»?

Ключевые признаки «расширенной автономии» (в сравнении с «автономными» и «самоуправляемыми» церквами):

1. Предстоятель УПЦ избирается Собором УПЦ и «благословляется» (без расшифровки этого термина Патриархом). Предстоятели автономных церквей «вступают в должность после утверждения», а предстоятели самостоятельных церквей «избираются Собором из числа кандидатов, утверждаемых Патриархом» и «вступают в должность после утверждения».

2. УПЦ сама принимает решение о границах епархий: «Єпархія створюється за рішенням Священного Синоду Української Православної Церкви з подальшим ухваленням Собором єпископів Української Православної Церкви. Межі єпархій на території України визначаються Священним Синодом Української Православної Церкви з подальшим ухваленням Собором єпископів Української Православної Церкви». О епархиях автономных церквей в Уставе РПЦ не говорится. В самостоятельных церквах «Решения об образовании или упразднении епархий, входящих в Самоуправляемую Церковь, и об определении их территориальных границ принимаются Патриархом Московским и всея Руси и Священным Синодом по представлению Синода Самоуправляемой Церкви c последующим утверждением Архиерейским Собором».

3. Архиереи в УПЦ: «Єпархіальний архієрей обирається і призначається Священним Синодом Української Православної Церкви, одержуючи відповідний Указ Митрополита Київського і всієї України». В автономных церквах: «Архиереи Автономной Церкви избираются ее Синодом». В самоуправляемых церквах: «Архиереи Самоуправляемой Церкви избираются Синодом из кандидатов, утвержденных Патриархом Московским и всея Руси и Священным Синодом».

4. Принятие собственного устава в УПЦ: «Право внесення доповнень і змін до даного Статуту має Собор єпископів Української Православної Церкви з наступним ухваленням Собором Української Православної Церкви». В автономных церквах: «Собор Автономной Церкви принимает Устав, регламентирующий управление этой Церковью на основе и в пределах, предоставляемых Патриаршим Томосом. Проект Устава Автономной Церкви подлежит письменному согласованию с Патриархом Московским и всея Руси». В самостоятельных церквах: «Собор Самоуправляемой Церкви принимает Устав, регламентирующий управление этой Церковью на основе и в пределах предоставляемых Патриаршим Томосом. Устав подлежит одобрению Священным Синодом и утверждению Патриархом Московским и всея Руси». Но вот об УПЦ сказано еще и отдельно: «руководствуется Томосом … и Уставом Украинской Православной Церкви, который утверждается её Предстоятелем и одобряется Патриархом Московским и всея Руси».

«Широкая автономия» «по косточкам»

Попытаемся на основании официальных сообщений Московского Патриархата ответить на вопрос, как Москва относится к «широкой автономии» УПЦ по всем четырем пунктам, и каким из двух Уставов РПЦ пользуется в отношении УПЦ. Ведь слова о «широкой автономии» прекрасны, но как все происходит на практике?

1. Предстоятель. С момента принятия Устава УПЦ в ней сменилось три предстоятеля: Филарет (Денисенко), Владимир (Сабодан) и Онуфрий (Березовский). Все три митрополита действительно были избраны Синодом УПЦ с последующим «благословением» патриархом Московским. К сожалению, в нормативных документах РПЦ не прописано, в чем заключается отличие процедур «благословения» и «утверждения».

2. Епархии. Устав УПЦ полагает решение Синода УПЦ самодостаточным, ведь согласно Уставу УПЦ (и Определению 1990 г.), она сама определяет границы собственных епархий. (Гл. IV, п. 4: «Священний Синод засновує або ліквідує єпархії і змінює їхні межі з наступним ухваленням Собором єпископів Української Православної Церкви»).

Однако на деле для РПЦ решения УПЦ о границах епархий внутри нее недостаточным. Поэтому Соборы РПЦ раз за разом показывали показать украинцам их место в составе РПЦ и значимость документов, которыми «гарантируется самоуправляемость» УПЦ.

В 2016 г. п. 18 Постановлений Освященного Архиерейского Собора Русской Православной Церкви: «Утверждаются решения Священного Синода и Синода Украинской Православной Церкви об образовании епархий …».

В 2013 г. п. 8 Постановлений Освященного Архиерейского Собора Русской Православной Церкви: «Собор также утверждает решения Священного Синода и Синода Украинской Православной Церкви об учреждении следующих епархий…»

В 2010 г. п. 3 Определения Освященного Архиерейского Собора Русской Православной Церкви «О вопросах внутренней жизни и внешней деятельности Русской Православной Церкви»: «Собором утверждаются постановления Архиерейского Совещания от 2 февраля 2010 года, а также решения Священного Синода и Синода Украинской Православной Церкви об образовании … епархий»

В 2008 г п. 3 Определение Освященного Архиерейского Собора Русской Православной Церкви «О вопросах внутренней жизни и внешней деятельности Русской Православной Церкви»: «Собор также утверждает решения Священного Синода Русской Православной Церкви и Священного Синода Украинской Православной Церкви о создании Александрийской, Бобруйской, Бельцкой, Бердянской, Кременчугской, Нежинской, Новокаховской, Северодонецкой, Уманской, Унгенской, Шепетовской епархий и об изменении пределов Ташкентской епархии».

Однако в 2000 г. было еще проще: п. 6 Определения Юбилейного Архиерейского Собора о вопросах внутренней жизни и внешней деятельности Русской Православной Церкви даже не упоминал какой-то там Синод УПЦ: «Утверждаются решения Священного Синода об образовании Бакинской, Венгерской, Единецкой, Кагульской, Сарненской, Тираспольской, Анадырской епархий». [Сарненская епархия входит в состав УПЦ].

В 1997 г. п. 10 Определения Архиерейского Собора. «Об отдельных вопросах внутренней жизни и внешней деятельности Церкви»: «Утвердить определения Священного Синода Русской Православной Церкви об образовании Абаканской, Белгородской, Мурманской, Сыктывкарской, Томской и Элистинской епархий, а также определения Священного Синода Украинской Православной Церкви об образовании Владимир-Волынской и Криворожской епархий».

В 1994 г. п. 3 Определения «О вопросах внутренней жизни и внешней деятельности Церкви» Архиерейского собора: «Одобрить решения Священного Синода, направленные на упорядочение внутреннего управления епархиями Русской Православной Церкви и восстановление самостоятельного управления следующими епархиями: Волгоградской, Ижевской, Новгородской, Петрозаводской, Ульяновской, Хабаровской, Челябинской, а также епархиями Украинской Православной Церкви: Днепропетровской, Донецкой, Херсонской, Хмельницкой, Луганской и Сумской». И п. 6: «Утвердить постановления Священного Синода Украинской Православной Церкви об образовании следующих епархии на территории Украины: Запорожской, Николаевской, Черкасской (1992 год), Глуховской, Каменец-Подольской, Овручской (1993 год), Белоцерковской, Горловской, Тульчинской и Хустской (1994 год)».

Как видно, Собор РПЦ считает положение Устава УПЦ, по которому не предполагается дальнейшее утверждение границ епархий, ничтожным. Поэтому РПЦ в рамках своего Устава продолжает утверждать границы епархий и на «канонической территории» УПЦ.

3. Епископы. Соответствующие разделы Устава УПЦ говорят только о соблюдении кандидатом возрастного и образовательного цензов. Согласование кандидатур – вещь непубличная, документы в общем доступе отсутствуют. Однако, по аналогии с предыдущим пунктом, очевидно, что РПЦ продолжает применять соответствующие положения собственного Устава: «Архиереи Самоуправляемой Церкви избираются Синодом из кандидатов, утвержденных Патриархом Московским и всея Руси и Священным Синодом», несмотря на любые пункты Устава УПЦ.

4. Внесение изменений в Устав УПЦ. Хотя Устав УПЦ предполагает, что для внесения изменений в него достаточно внутреннего решения УПЦ, Москва «приняла к сведению доклад» всего лишь о создании Комиссии по подготовке и внесению изменений и дополнений к Уставу УПЦ (журнал заседания Священного Синода Русской Православной Церкви от 27 июля 2011 г. № 65, п. 3), хотя Устав УПЦ не предполагает, что ее предстоятель должен докладывать в Москву по столь мелкому вопросу – создание какой-то внутренней комиссии. Более того, напомню, Устав РПЦ прямо указывает, что Устав Украинской Православной Церкви одобряется Патриархом Московским и всея Руси.

Все вышеизложенное свидетельствует о следующем.

1. Процедура утверждения предстоятеля УПЦ патриархом Московским затуманена термином «благословлять», которому не дается пояснений.

2. В отношении действий и решений УПЦ Русская Православная Церковь продолжает пользоваться собственным Уставом, пренебрегая соответствующими положениями Устава УПЦ.

Кроме того, во время церковного кризиса весной 1992 г. Синод РПЦ неоднократно принимал решения по вопросам управления УПЦ, т. е. действовал как вышестоящий руководящий орган, что прямо противоречит Уставу УПЦ, но предусмотрено Уставом РПЦ.

3. Предстоятель УПЦ докладывает в Москве о любых ситуациях, затрагивающих права УПЦ в рамках РПЦ, в частности – о создании внутренней комиссии по внутреннему же вопросу жизни УПЦ.

4. По аналогии с вышеизложенным очевидно, что и в отношении согласования кандидатур архиереев Москва продолжает пользоваться своим Уставом, пренебрегая Уставом УПЦ (который, кстати, обходит молчанием этот вопрос): «Архиереи Самоуправляемой Церкви избираются Синодом из кандидатов, утвержденных Патриархом Московским и всея Руси и Священным Синодом».

Правда, учитывая шаткое положение УПЦ в Украине, руководящие структуры РПЦ далеко не всегда акцентируют внимание на использовании нормы Устава РПЦ применительно к Украине. Оттого и кажется, что УПЦ здесь имеет полную волю. Однако это не значит, что при подходящем случае УПЦ не будет прижата нормами Устава РПЦ в самый неожиданный для себя момент.

Поскольку официальные представители УПЦ, участвующие в заседаниях Синода и Соборов РПЦ, принимают как должное вышеописанное вмешательство руководящих органов РПЦ в дела УПЦ, можно было бы им задать вопросы:

1. Каким именно положением Устава УПЦ предполагается последующее одобрение Устава УПЦ Патриархом Московским?

2. Каким именно положением Устава УПЦ предполагается последующее утверждение границ епархий УПЦ Москвой?

3. Какое именно положение Устава УПЦ предписывают предстоятелю УПЦ отчитываться перед Москвой?

4. Известно, что в Украине религиозная организация в целом не имеет статуса юридического лица, а представлена своим центром, в случае УПЦ – Киевской митрополией. Таким образом, юридическое значение для государства имеет Устав митрополии, а не Устав УПЦ как внутрицерковный документ. Устав УПЦ опубликован, но вот где опубликован Устав Киевской митрополии?

Однако, боюсь, вопросы останутся риторическими.

Система Orphus
Рейтинг
0
0
1комментариев

Комментарии

добавить коментарий 
  • готліб | 16 июня 2017, 14:00
    Комментировать комментарий

    Автор пише, як цвяхи забиває, жонглює термінами, словами – границы зависимости, распространяется действие, руководствуется, руководящий орган, юридическое значение для государства. Тут десь Кирил Говорун уже писав про брак здорового глузду у нас і що саме здоровий глузд якби має бути в основі побудови суспільства. Пошукаєм і тут його присутність чи відсутність. Відсутність здорового глузду уже є в тім що автор якби намагається робити аналіз одночасно з двох, взаємовиключаючих позицій. Це позиція віри і позиція держави чи державного права. Наприклад, руководящий орган чи підпорядкування мають різне значення у вірі і у праві. У вірі це означає(в першу чергу!), що віруючі підпорядкувуються добровільно а у державі і у праві це забезпечується тільки примусом. Державі глибоко байдуже що ти думаєш про неї чи про її закони під час їх виконання. У вірі це не пройде. Те, що має писатися в назві Церкви і те в якій степені Церква в специфічному смислі, у вірі комусь там підпорядковується чи ні – вирішує не юридичний відділ і навіть на сам предстоятель а сама Церква. І це є велике мистецтво - вміти спілкуватись з Церквою. Так, релігійний закон пише про необхідність громаді вказувати про своє підпорядкування але треба завжди пам’ятати, що цьому терміну «підпорядкування» немає відповідника в світському праві. Уявимо собі, що до державного реєстратора прийшла група людей і просить зареєструвати їх спілку як філіал Царства Синіх Чоловічків і центр, якому вони підпорядковуються, розташований на Марсі. При цьому вони повідомлять реєстратора, що вони ментально контактують з центром і у них є згода на утворення філіалу. Ще якби один-два відвідувачі то чиновник попросив би допомоги у лікаря. А якщо група людей і якщо вони не мають цілі зміни конституційного устрою чи утворення збройних формувань, то чиновник зобов’язаний їх легалізувати. Через деякий час, люди пересварились і частина рішила перейти у підпорядкування Червоних Чоловічків з Венери. І поскільки закон, всупереч здоровому глузду, гарантує їм цей перехід, чиновник і держава були затягнені в цю свару. Уже в самій сварі, знову ж таки всупереч здоровому глузду, чиновники не бачать що законом гарантується перехід до структур, які відсутні в законодавстві як суб’єкти права, що відсутня можливість вести правовий діалог по цьому питанню з Марсом чи Венерою.

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные посетители Войти

Точка зрения

Последние комментарии

  • 13moiseev | 18 августа 2017, 23:06

    Так каже ніби не підтримувала окупантів. Ця ситуація нагадує мені мультфільм "мауглі" а првозахисниця шакала, таки дуже схожа.

  • 13moiseev | 18 августа 2017, 22:34

    Фактів і підтвердження немає, тому поки без документів - заяви, лише слова. Очікував якоїсь зміни(факти,докази) в тих статтях які публікує редація.

  • Оленка | 17 августа 2017, 14:32

    Цікаво, як збирались докази. У незадоволених лікуванням наркоманів? Певно, немає більше чим у державі займатись правоохоронним органам.

  • Ігор Мицько | 16 августа 2017, 17:15

    І що, Гундяєв дозволить Папі іменувати на Лівобережжі та Півдні України не екзархів, а повноправних єпископів?

  • enzian | 16 августа 2017, 16:34

    Що тут обговорювати? Москалі, руки геть від України!

Популярные статьи месяца